25 октября 2020 года, в Неделю 20-ю по Пятидесятнице, в День памяти святых отцев VII Вселенского собора, секретарь епархии иерей Антоний Васильев и иерей Иоанн Афонин совершили Божественную литургию в соборе Рождества Христова города Братска. Накануне вечером было отслужено Всенощное бдение.

Проповедь перед причастием произнёс иерей Антоний Васильев:

«Братия и сестры, сегодня, в этот воскресный день, святая Церковь вспоминает событие, которым завершилась эпоха большого догматического строительства.

Мы вспоминаем сегодня отцов 7-го Вселенского Собора. Для чего он был нужен? Почему мы особо чтим отцов, которые принимали в нем участие? Почему именно в воскресный день совершается это празднество?

Дело в том, что мы с вами, братия и сестры, все живем одновременно в двух мирах. Это мир вещей, мир материальный и мир духовный. Святитель Мефодий говорил: «Человек есть кентавр, который состоит их двух частей: земляной и небесной»: того, что принадлежит материи, и того, что принадлежит духу в сфере Божества. Вот как сочетается, казалось бы, несочетаемое? Как внутри себя все это таким образом оформить и преобразовать, чтобы действительно идти к единственной цели — спасению в Царствии Небесном?

Мы все знаем, что вещи вокруг нас служат для определенной цели, но какой? Это самое главное, потому что если мы говорим о цели простой, обыденной, то и вещи ей уподобляются. Если мы говорим о цели, связанной с духовной и церковной жизнью, то и вещь оказывается уже особенной – такой, которой невозможно пользоваться обыденным образом.

Самый простой пример: каждый из нас ходит в храм и хочет, чтобы Церковь через своих служителей помолилось за его близких. Каждый пишет записки с именами людей, которых Господь ведает. Записка попадает в алтарь, священнослужители ее прочитывают в соответствующем месте проскомидии или Литургии. И дальше что? Вот записка – материальный предмет, бумажка. И вдруг она участвует в большем, участвует в богослужении, в том, что выше мира и любой материи. И что же: эту бумажку теперь выбросить, проявить какое-то к ней  пренебрежение? Пускай это незначительный предмет, но он был исключен из обыденного и введен в оборот священного. Вот так простая бумажка становится вещью, над которой мы размышляем. Как ее утилизировать? Мы такие вещи сжигаем, потому что это единственный способ уничтожения, который не может быть попран.

Понимаете, это мелочь, но сколько таких предметов вокруг нас! И прежде всего мы должны понять: если мы просим Бога в молитве этот предмет освятить, то мы должны отдавать себе отчет, что этот предмет уже не должен быть обыденным. Сломался, например, нательный крестик. Что ж теперь: взять его и выбросить его в мусорку? Что с ним делать? Обычно это все приносится и оставляется в Церкви.

Почему я об этом так говорю? Потому что вокруг нас есть святые изображения. В храме их довольно много и, возможно, дома у каждого есть красный угол с иконами, в котором мы обязательно видим Образ Спасителя и Божией Матери, Крест Христов и другие изображения святых. И вот однажды случилось такое искушение в умах человеческих, когда некоторые люди начали сомневаться, можно ли изображать священную реальность, можно ли изображать Самого Христа и тех, кто был с Ним? И самое главное: можно ли перед такими изображениями возносить молитву?

До сих пор многие протестанты упрекают православных именно в наличии икон. Это служит одной из причин, по которым они сами в Православие не пришли. Это, конечно, причина лживая, потому что обычно человек отходит от Православия только по причине нежелания работать над собой, когда он хочет внести в свою жизнь только внешние атрибуты веры и убедить себя в собственном спасении. Психологически это очень понятно и просто.

Но как нам грамотно ответить на вопрос, почему мы эти изображения делаем и почему мы перед ними молимся? И вот отцы 7-го Вселенского Собора очень ясно и четко нам об этом сказали. Соборный разум всей Церкви выковал определение, которое действительно показывает суть происходящего: мы поклоняемся не доскам и почитаем совсем не доски и краски, но почитаем Того, Кто здесь изображен. Когда мы молимся Христу Воскресшему, не сама икона служит объектом поклонения, а Тот, Кто на ней изображен: глазами глядя на образ, умом восходим к Первообразу.

Таким образом, мы должны четко понимать, что икона, как любой священный предмет, действительно исключена из бытового оборота. Особенно поэтому больно в православном сердце отзываются кадры хроники происходящего в 30-е годы, когда люди делали костры из икон, пилили иконы и делали из них сундуки. Понятно, что это сознательное кощунство, понятно, что это попрание веры.

Также мы должны четко понимать, что у любой вещи, даже священной, есть назначение. В данном случае назначение иконы – помогать человеку возносить молитвы к Тому, Кто на иконе изображен, славить Его и обращаться к Нему

Поэтому вполне уместно и логично, когда икона теряет свои качества (например, бумажная икона может порваться, икона на деревянной основе – выцвести, и тогда лик не будет различим), такую икону нужно приносить в Церковь и оставлять там.

Таким образом, истина всегда посередине. С одной стороны, мы не должны отрицать святость отдельных материальных предметов, но, с другой стороны, мы должны помнить, что, если этот предмет теряет свойства, необходимо отказаться от него. Не он сам по себе представляет ценность, но наша молитва, воззвание ко Господу и участие в Таинствах. Мы должны относиться к иконам с почитанием, но поклонение возносить только Богу. Истинное поклонение мы возносим только Богу. Всех остальных святых, включая Божию Матерь, мы просим молиться о нас. Почему мы можем это делать? Потому что мы можем просить и друг друга молиться за себя. Потому что в Церкви нет мертвых, но все живы. Потому что Церковь есть то Тело Христово, Которое объединяет абсолютно всех, в том числе предстоящих у Господа.

Как говорит сегодняшнее Священное Писание, Бог является нам, восстает в человеке и являет себя людям через воплощение Своего Сына — Господа нашего Иисуса Христа. Это воплощение позволяет нам не только изображать Его на иконах, но, прежде всего, обязывает нас отражать его в своих сердцах. Со словом «образ» мы встречаемся в самой первой главе Бытия. Господь творит человека по образу своему (по-гречески есть «εικόνα» — икона). То есть, по сути, человек есть икона Бога. Да, пускай потемневшая и, может быть, лик едва-едва проступает, но живость такой иконы говорит нам о том, что мы должны над собой работать. Высветление этого образа Бога в нас должно стать нашей ежедневной задачей и потребностью.

Казалось бы, такой небольшой богословский вопрос, но видите, сколько он поднимает других вопросов! Поэтому, безусловно, мы должны стремиться к познанию своей веры, к пониманию того, что мы делаем в храме, дома, как мы молимся, о ком и о чем, Кому и что мы просим. И прежде всего, конечно, мы должны просить Господа, чтобы Он дал нам то, что нам полезно, потому что часто мы этого не видим и не знаем.

Храни вас всех Господь!»

 

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.